Чиж и компания

12 апреля, в День космонавтики, Чиж и компания дадут большой концерт в Москве на Малой спортивной арене Лужников. Этому событию в клубе Вудсток – МХАТ предшествовала пресс-конференция. Хочу специально привести небольшой отрывок из этого общения, чтобы было понятно, как приходится выкручиваться музыкантам, отвечая на дебильные вопросы некоторых моих коллег.

-Чем отличается публика в разных городах?

- Практически не отличается. Во всех городах хорошая публика.

- Концерт Бомбардировщики правильнее было бы сделать на 23 февраля, а почему он проводится в День космонавтики?

- Не успели, на 8 Марта хотели – и опять обосрались.

- Вам приходится много гастролировать, а как вы отдыхаете?

- Мы ходим в баню.

- Все вместе?

- Да, мы все вместе моемся.

- А еще куда?

- Посещаем всякие исторические достопримечательности, если таковые присутствуют в данной бане.

- А спортом занимаетесь после бани?

- В бане и занимаемся.

- В пресс-релизе написано, что вы снялись в эпизодической роли в фильме Брат. Не хотите ли продолжить сниматься в кино?

- В мультике хочется сняться, кукольном.

- Тексты ваших песен – это, наверно, отражение вашей жизни?

- Наверно.

- На концерте группы Сплин раздавали бесплатное пиво. Чиж молча берет бутылку пива со своего стола и передает ее задающему вопрос.

- Когда вы в первый раз влюбились?

- В детском саду, шести лет от роду.

В конце Чиж сделал заявление об уходе из группы барабанщика Владимира Ханутина. По слухам, музыкант покинул компанию, не выдержав плотного гастрольного графика и так и не победив наркотической зависимости. Когда публика рассосалась, удалось и мне немного поговорить с Сергеем Чиграковым.

- Меня зовут Володя.

- А я читал. Ты ведь давно работаешь, уже лет сто. Я думала, ты взрослее.

-Мне уже 28.
- Ты вроде взрослый человек, а попрежнему тебя зовут не Сергей Николаевич Чиграков, а просто Чиж. Не надоело?

- Не-а. Я когда в школе преподавал музыку, меня дети называли Сергей Николаевич, мне это не нравится. Я привык, это как в деревне – родился Васькой, так Васькой и умрешь, независимо от того, сколько тебе лет.

- Со стороны ты выглядишь абсолютно счастливым человеком.

- Я на самом деле счастлив.
Во-первых, у меня есть где жить.
Во-вторых, у меня отличная семья, у меня растут офигительные дочь и сын (от первого брака).
И в-третьих, занимаюсь тем, чем всю жизнь мечтал заниматься.
Играя в ГПД в Дзержинске, мы были страшно популярны, но я хотел по-настоящему поездить на гастроли. Сейчас мы это делаем, естественно, я счастлив.

- У тебя не бывает рефлексии, что твои песни не столь глубоки, скажем, чем творчество Достоевского?

- Нет. Все люди разные, я со своей стороны так смотрю на мир. Я вижу, что люди врубаются, точки пересечения есть.

- Тексты у тебя оригинальные, но музыка – довольно типичная.

- Ритм-энд-блюз. Мы делаем это все не для иностранцев, а для наших ребят. И такие требования можно предъявить кому угодно. Тем же Эрику Клэптону или Джорджу Харрисону.

- Тебе не надоело гастролировать, ведь это сплошные переезды, недосыпы, кошмарные гостиницы, навязчивые поклонники?

- На самом деле там есть свои плюсы и свои минусы. Такие мысли приходят к концу длительных гастролей, когда семь позади и остается города два-три. И ты думаешь: Мама дорогая, скорей бы домой. Но это как наркотик – выходишь на сцену, включаешь гитару и забываешь обо всем. Кончается концерт, на этом адреналине держишься еще часа два, а потом опять все это проходит, и думаешь, что уже по горло сыт этим. Приезжаешь домой, день – ништяк: смотришь телевизор, по городу гуляешь, с ребенком занимаешься. Второй день – тоже хорошо. А на третий – всё, начинаются ломки. А поехали с нами куда-нибудь, сам все увидишь и поймешь.